Актриса Виктория Корлякова: о сериале «AMORE MORE», откровенных сценах и работе с Андреем Бурковским

Автор: Валерия Соколова

20 мая в онлайн-кинотеатре KION состоялась эксклюзивная премьера сериала «AMORE MORE», рассказывающего о теме полиаморных отношений. О картине «Центральная служба новостей» пообщалась с исполнительницей одной из главных ролей в проекте, актрисой Викторией Корляковой.

Виктория, поздравляем Вас и команду картины «AMORE MORE» с недавней премьерой! Проект интересный, откровенный и посвящен довольно нераскрытой теме. Что такое полиамория для Вас? Считаете ли Вы ее отдельной, вполне нормальной формой отношений, или же это неизбирательность, распущенность в связях?

Во-первых, начну с того, что я не знала о существовании такого термина. Я знала, что есть полигамные отношения, а о полиамории узнала только во время запуска этого проекта. Я думаю, есть люди, которым подходит такой образ жизни. Я, честно говоря, не общалась с ними, но я знаю, что это практикуется. Более того, когда наш сериал уже готовился к выпуску — постпродакшн, озвучка, вот этот период, — я гуляла с ребенком на площадке и услышала, как молодые ребята, скорее всего, школьники, проходили мимо и очень бурно обсуждали тему полиамории. Меня это так удивило! Одна девочка очень активно объясняла мальчикам, что есть вот такие отношения, и пыталась до них донести, что это значит. Я так внутренне обрадовалась, подумала, ну вот, наш первый зритель! *смеется* Который будет в курсе и которому будет точно интересно смотреть наш сериал. А мое отношение к этому — ну это не мое, это мне, как человеку, не близко. Я не очень понимаю, как можно одновременно иметь отношения и, тем более, половую связь с несколькими людьми, да так, чтобы это устраивало абсолютно всех партнеров — не знаю, для меня это довольно сомнительная затея.

Вы как раз упомянули полигамию и полиаморию — стоит отметить, что полигамия подразумевает под собой наличие нескольких сексуальных партнёров, а полиамория подразумевает, что человек испытывает чувство влюбленности сразу в нескольких людей и поддерживает любовные отношения не только в плане секса, но и в плане эмоциональной, романтической связи.

Если полигамию я могу понять так, теоретически, то полиаморию не могу — не понимаю, как можно одновременно действительно, по-настоящему любить нескольких человек.

Но такую позицию от другого человека, друга или знакомого, Вы бы приняли?

Как чей-то выбор — да, пожалуйста. Это личное дело каждого, конечно.

Расскажите, как началась Ваша работа в «AMORE MORE», если до начала съёмок Вы не были знакомы с данной темой? Чем Вас заинтересовал проект?

Режиссер сериала Яна Гладких — моя однокурсница. Я знала, что она запускает такой проект, потому что мы играем в одном спектакле в театре «Практика» — кстати, там же с нами играет и Саша Урсуляк [исполнительница роли Лены в «AMORE MORE» — прим. ЦСН], мы еще сидели втроем в одной гримерке. И Яна мне предложила изначально вообще другую роль, совершенно небольшую. Я согласилась, потому что мне было интересно, и с Яной мне очень приятно иметь дело. А потом, когда начались съёмки, Яна мне позвонила и сказала: «Вика, срочно выручай! Ты мне нужна на другую роль, роль, больше, и если ты готова, если ты хочешь, если мы по датам сходимся, то давай». Это все произошло просто в один вечер. Мы быстренько все развели по датам, вроде все сходилось, она мне присылает сценарий — и я всю ночь его читала! Меня это так затянуло, мне было так интересно. И я полюбила Дашу, поняла, что я должна ее сделать, это мое, я хочу быть ей. Так я очень спонтанно и резко оказалась в гуще событий.

А чем Вам так приглянулся этот персонаж?

Я вообще очень люблю нестабильных психически героинь, у которых очень повышенная чувствительность и которых кидает из стороны в сторону, из огня да в полымя. Очень большая амплитуда смены настроений — это мне всегда было интересно. Она очень тонкая, остро чувствующая натура, но при этом сильная, с железным характером, в общем, сочетающая в себе амбивалентные вещи: силу и слабость, мягкость и жесткость. Мне кажется, это она, это Даша.

Вы в ней видите свои черты, или Вас, наоборот, привлекают противоположные Вам героини?

Зачастую да, меня привлекают противоположные мне персонажи, но я всегда нахожу в них что-то, близкое мне. Также, как и в Даше есть вещи, которые мне импонируют и которые я могу применить к себе.

А ее эмоциональность тоже вам близка, или Вы человек другого склада?

Во мне это тоже есть, но Даша — она более открытая, экспрессивная и привыкла выражать свои эмоции наружу. У меня же наоборот — я все держу в себе, я довольно закрытый человек в этом плане, в этом и есть наша разность. Но мне как раз нравятся такого рода персонажи, где я могу побыть немного другой. В этом прелесть нашей профессии, за это я ее люблю.

Как вы считаете, Даша, находящаяся в полиаморных отношениях, состоит в них, потому что разделяет эту идеологию, или она просто влюбилась в человека, который считает себя полиамором и на моногамные отношения не согласен?

Она любит его. Она действительно искренне любит только его, именно поэтому она принимает правила его игры, потому что понимает, что иначе у нее не будет возможности быть с ним. Более того, мне кажется, что в какой-то момент Даше самой кажется, что она действительно может состоять в таких отношениях, и она верит в это, пока не вмешиваются истинные чувства, которые все расставляют по своим местам. И тут пружина начинает разжиматься, и вспыхивает маленький революционер внутри, несогласный с положением дел.

Как вы считаете, Георгий, персонаж Андрея Бурковского, в которого влюблена ваша героиня — он действительно полиаморен и любит всех этих женщин, которыми окружает себя, или это просто удобные связи? Влюблен ли он вообще в кого-то?

Я думаю, что он не был влюблен ни в кого. Именно поэтому Даша и была с ним, и терпела эти его якобы полиаморные отношения. Но как только в его жизни появляется Алиса — вот тут, я думаю, и возникает истинное чувство, именно поэтому Даша начинает бунтовать. Он начинает сам нарушать свои же правила игры, и это нечестно.

В сериале показано много различных отношений — здесь и замужняя пара, и друзья, и любовники, и несостоявшиеся любовники. И все они решают делать общее дело — завести общий бизнес. Как Вы считаете, стоит ли работать вместе с друзьями или романтическими партнерами противоположного пола?

Это дело рискованное, мне кажется. Как только где-то будет перейдена грань, то сразу все начнет рушиться, как карточный домик. Все-таки отношения между мужчиной и женщиной — они самые сильные и интересные. И дружеское общение женщин и мужчины — это довольно сомнительная вещь.

Вы не верите в дружбу между мужчиной и женщиной?

Нет, я не могу сказать, что я не верю, но мне кажется, то в такой дружбе всегда присутствует некий процент возникновения потенциальной романтической связи. Мне кажется, это будет всегда. Мужчина и женщина — они же все-таки притягиваются друг к другу! Конечно, дружба есть, но риск перерасти во что-то большее тоже всегда остается, я уверена.

А стоит ли работать с мужьями и родственниками?

Нет! Это утопия. Я считаю, что нельзя вмешивать родственные, близкие, любовные отношения. Это все может закончиться очень плохо. Лучше домашние — дома, на работе — исключительно коллеги.

После прочтения сценария не было ли у Вас каких-то сомнений в проекте, во-первых, из-за неоднозначности темы, и, во-вторых, из-за большого количества откровенных сцен, в частности, с Вашим участием? Не было страха?

У меня вообще не было никаких сомнений. Я сразу поняла, что я хочу участвовать в этом проекте. Никаких мыслей не возникало по поводу того, что это может быть неоднозначно воспринято, что зрителям это не понравится. Мне вообще не кажется, что это такая уж щепетильная тема. Сейчас порой снимают фильмы и сериалы на темы более щекотливые. Я просто влюбилась в сценарий, он очень талантливо написан, а все остальное было уже неважно. Что касается постельных сцен, то это меня вообще никогда не останавливало. Во-первых, у меня уже был опыт такой, а во-вторых, я вообще люблю такие сцены. Это, знаете, всегда вызов самому себе. Конечно, ты волнуешься, раздеваешься — и не только перед своим партнером-актером, но и перед всей группой, и должен еще что-то там имитировать! *смеется* Но как только ты преодолеваешь этот момент стеснения, переступаешь эту грань, дальше, во всяком случае у меня, наступает катарсис — и я кайфую, мне так это нравится!

В этом для Вас и есть интерес подобных сцен — это что-то на преодоление?

Конечно, это роль на преодоление. Все равно, кто бы что ни говорил, и как бы не возмущались всевозможные снобы и ханжи, мол, вот, вы раздеваетесь, слишком много обнаженки, что мы там не видели… Но! Все равно, это всегда привлекает внимание. Мне кажется, всем без исключения интересно подглядывать в замочную скважину. Есть в этом запретном плоде что-то волнующе, сладостное. Так что для меня в этом есть как личный момент вызова, так и момент корыстный — внимание зрителя.

Сейчас многие современные проекты, особенно выходящие на платформах, обвиняют в большом количестве «обнаженки», нецензурной лексики и других откровенных вещей. По-Вашему, насколько это обосновано в кинематографе и для чего это нужно?

Этого стало больше, потому что очень долго все было под запретом. Потому что у нас страна такая, у нас железный занавес был, и цензура была. Это все очень-очень долго запрещалось, а потом, как говорится, прорвало. Шлюз открылся, и абсолютно все объяснимо и логично. Я считаю, что мат в кино вообще нельзя запрещать. Каждый второй человек использует в своей речи мат, это данность, и как можно от этого отказываться и запрещать это, если это сама жизнь. А мы же снимаем про жизнь! И обнаженные сцены — я считаю, что это должно быть, если это работает на художественный замысел, если это красиво снято и абсолютно оправдано художественно. Я вообще очень люблю провокационные вещи. Я люблю провоцировать зрителя, я люблю, когда меня как зрителя провоцируют и выводят из зоны комфорта, заставляют как бы немножко ежиться и думать, ну, ребят, ну разве так можно? Вот это я люблю. Когда в тебе пробуждаются эмоции, в этом рождается что-то настоящее. Это жизнь, это кровь, которая течет по жилам.

Расскажите о Вашем актерском дуэте с Андреем Бурковским — удалось ли поймать в процессе работы ту самую искру, которая должна быть видна на экране между людьми, по сюжету находящимися в отношениях?

Андрей Бурковский учился в параллель с нами в школе-студии МХАТ, он просто позже поступил — когда он был на первом курсе, мы были на третьем. Я его периодически видела, но никогда с ним не работала, так что это был первый проект, где мы встретились как коллеги. Честно говоря, сначала я немного волновалась, потому что он артист с опытом, все-таки у него за плечами ого-го какая фильмография. Но это все быстро сошло на нет — включаются какие-то рабочие рецепторы, и ты просто уходишь в процесс. И Андрей, конечно, абсолютный мастер, профессионал, а с профессионалами всегда приятно иметь дело. Это очень важно, когда рядом с тобой человек, который умеет четко выполнять команды режиссера, просьбы партнера, то есть, он видит и слышит. А про искру — не знаю, мне сложно ответить на этот вопрос. Как-то мы настолько были погружены в материал и процесс, что мне сложно было отдавать себе отчет. Я очень надеюсь, что будет какой-то результат на экране. Я еще не видела сериала, но мне кажется, что нам все удалось. Но это мое настолько субъективное мнение, что боюсь сглазить.

Где Вас можно будет еще увидеть в ближайшее время — в театре, кино?

Сейчас на НТВ идет сериал «Вспышка» с Иваном Охлобыстиным, где мы в паре с ним работаем. Мне кажется, очень хороший проект вышел, абсолютно нетипичный такой детектив. Это хохма, комедия, гротеск, где мы пытались высмеять какие-то штампы «ментовских» сериалов, не в прямую все, не скотский серьез, а через призму юмора. Мне кажется, это достойная картина.

А в работе у меня три проекта. «Стрим» режиссёра Рустама Ильясова [режиссер сериала «Трудные подростки» — прим. ЦСН] — отдельно хочу сказать про него, это потрясающий режиссер. Я вообще давно хотела попасть в поле его зрения, и вот, мне кажется, только раза с третьего получилось. Затем «Проект DOC» режиссера Алены Райнер — мы только-только начали съёмки. И второй сезон сериала «Заповедный спецназ» — он должен в июне начаться. А что касается театра, то я просто призываю всех сходить на спектакль «Поле» театра «Практика», мы играем его в Музее Москвы. Потрясающая, тонкая, чувственная и трагическая работа. И там потрясающий актерский состав — не буду скромничать, так и есть!

Фото: KION

Поиск

Главные новости